Премия Рунета-2020
Нижний Новгород
+8°
Boom metrics
Общество16 мая 2014 13:30

Как Валерий Дурандин санаторий "Автомобилист" спасти пытается

Вот какая история закрутилась вокруг санатория
Источник:kp.ru
Слева направо: Владислав Марголин, адвокат ПАНО; Валерий Дурандин, директор санатория "Автомобилист".

Слева направо: Владислав Марголин, адвокат ПАНО; Валерий Дурандин, директор санатория "Автомобилист".

Фото: Роман ИГНАТЬЕВ

Вопросы собственности в России, да пожалуй, и во всем мире, всегда актуальны. Несмотря на существование целого пакета законов, регулирующих отношения в этой сфере, спорные ситуации продолжают возникать.

В январе 2001 года Валерий Дурандин учредил ООО компанию «Сирин», которая фактически являлась компанией-спутником, инвестором и генеральным подрядчиком ОАО «Санаторий «Автомобилист».

Через полтора года половину уставного капитала компании «Сирин» Валерий Дурандин продал Леониду Соколову. На тот момент на балансе ООО компания «Сирин» стояло офисное помещение площадью 415,8 кв.м. в Нижнем Новгороде на Костина, 2. В дальнейшем «Сирин» приобрел 2-х этажный спальный корпус санатория, 3-ий этаж здания 5 корпуса, 9/10 долей здания котельной санатория.

Но между соучредителями стали возникать разногласия по поводу ведения коммерческой деятельности. Соколов решил продать свою часть доли. С одной стороны – имеет полное право. С другой – именно это стало отправной точкой в долгой истории о ликвидации ранее преуспевающей, социально-направленной компании. А в чуть более далекой перспективе – и парализация работы санатория.

Это – мне, это – тебе

По закону и по-человечески, Соколов должен был предложить свою долю сначала Дурандину, а уж в случае отказа «выбросить» на свободный рынок. Но Соколов в декабре 2010 года предъявил компаньону договор о продаже своей половины некоему Евгению Рыжову за 20 миллионов рублей, что, по мнению Дурандина, значительно превышало ее реальную стоимость. Оспаривать сделку было нецелесообразно – пришлось бы выплатить Рыжову 20 миллионов.

А далее события развивались стремительно. В январе 2010 года Евгений Рыжов явился в офис компании «Сирин», но, к сожалению, не затем, чтобы распить бутылочку коньяка с новым партнером и обсудить планы на будущее. Представившись помощником депутата ОЗС, Рыжов сходу предложил разделить имущество «Сирина». Условия показались Дурандину непреемлемыми и он отказался. Тогда Рыжов заявил, что найдет методы воздействия на Дурандина и удалился.

А в марте в Дзержинский городской суд обратился некий Геннадий Бачу. Сам истец в суд не явился, а его представитель утверждал, что тот дал Дурандину в долг аж 13 миллионов рублей под 9% в месяц, и теперь требует взыскать указанную сумму. В качестве доказательства предоставил договор на передачу этой суммы.

— Находясь в здравом уме и твердой памяти, я настаиваю, что никаких денежных средств от Бачу не получал, более того, я никогда с ним не встречался и не был знаком, — утверждает Валерий Дурандин. — Чистый лист бумаги с моей подписью был похищен из офиса ООО компании «Сирин» еще в 2006 году, когда я оставлял в офисе подписанные мною пустые листы, необходимые для оперативной деятельности ОАО «Санаторий «Автомобилист».

Казалось бы, все просто – назначай экспертизу и устанавливай давность и очередность появления подписи и текста договора. Так и было сделано — в суде в ходе разбирательства по гражданскому делу была назначена судебно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГУ ПРЦСЭ. Эксперт указал, что он не может определить ни давность нанесения подписи, ни очередность появления на листе бумаги печатного и рукописного текста. Таким образом, экспертное заключение ничего и не подтвердило, и не опровергло.

— К сожалению, зачастую правоприменителя бросает из крайности в крайность, — говорит адвокат Валерия Дурандина Владислав Марголин. – Еще лет 7-8 назад многие гражданские дела рассматривались судом по нескольку лет, решения неоднократно отменялись по малозначительным с точки зрения обывателя основаниям. Сейчас концепция изменилась — во главу угла теперь ставится соблюдение процессуального двухмесячного срока рассмотрения дела. Дурандин, по сути, стал «жертвой» борьбы за соблюдение процессуальных сроков. Получив заключение экспертов, в котором не было дано четких и однозначных ответов на все вопросы, суд отказался от повторной экспертизы в иной экспертной организации, поскольку это привело бы к нарушению срока рассмотрения дела.

Концы в воду

Таким образом, Дурандин стал должником Бачу. Но не надолго – вскоре в суд обратился уже Рыжов. Он пояснил, что выполнил долговые обязательства Дурандина, проще говоря – выплатил Бачу те самые 13 миллионов рублей плюс процент – итого 34 миллиона рублей. Бачу во всех возможных инстанциях утверждал, что ни копейки долга Дурандина от Рыжова не получил. Парадоксальным образом Бачу оказался на месте Дурандина – утверждал, что никаких денег не получал, но доказать это не смог. Рыжов получил исполнительный лист и, ни минуты не медля, обратил взыскание на долю Дурандина в ООО компании «Сирин». В итоге, за какие-нибудь полгода Рыжов стал единственным владельцем ООО «Сирин». А потом… Также стремительно имущество компании «Сирин» под обязательство оплатить имущество в будущем (то есть без фактической оплаты) было продано гражданину Узбекистана Зерибову, затем по той же схеме его соотечественнику Рахимову, и в заключение выведено в оффшор компанией ПАУЭР КРОУН ЛТД (государство Ангилья).

Быстрота, с которой совершались сделки, могла бы свидетельствовать об отсутствии в нашей стране каких-либо административных барьеров для ведения бизнеса. Но в данной ситуации она говорит скорее о другом – о желании неких лиц сделать как можно более сложным и длительным процесс аннулирования сделок.

Понятно, что Валерий Дурандин с происходящим смириться не мог. По сути, все случившееся стало следствием того самого представленного в суде договора с Бачу, который Дурандин, по его словам, не подписывал. Летом 2012 года он обращается за защитой своих прав в Дзержинский следственный отдел СУ СК РФ по Нижегородской области. Дурандин ждал от следователей определенных действий по проверке представленного в суд договора с Бачу.

— Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ № 30-П от 21.12.2011года, вынесение решения по гражданскому делу не является препятствием работникам следствия для расследования фактов предоставления фальсифицированных доказательств во время рассмотрения такого дела в суде. Более того, выявление фактов фальсификации доказательств по делу является основанием отмены решения суда по гражданскому делу по вновь открывшимся основаниям, — говорит Владислав Марголин. – Проще говоря, мой клиент требовал провести еще одну экспертизу и дать-таки однозначный ответ о времени нанесения подписей и текста договора. Экспертизу, которая не оставляла бы никаких поводов для сомнений. Но именно тут-то и начались « чудеса».

Хождение по кругу

Вместо того, чтобы проверить хранящиеся в материалах гражданского дела договор займа на предмет его подлинности, следователи Дзержинского СУ СК на протяжении без малого года выносят серию постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Самое интересное в данном случае – это формулировка отказа: без экспертизы невозможно возбудить дело по факту фальсификации доказательств, а без возбуждения дела невозможно провести экспертизу. Такой вот замкнутый круг. Да еще, как на грех, гражданин Бачу «потерялся» — его местонахождение дзержинским следакам оказалось неизвестно.

Владислав Марголин: «Ситуация неожиданно для Дзержинского следствия поменялась летом 2013 года, когда спорный договор займа был исследован экспертами в рамках иной проверки. Проверку провели следователи следственного комитета из Нижегородского района Нижнего Новгорода. Согласно заключению экспертов, на чистый лист бумаги сначала была нанесена подпись Валерия Дурандина, затем текст договора займа, а затем подпись Бачу. Данные выводы были подкреплены подробным описанием проведенных исследований, фототаблицей, отображающей ход исследования (к слову, в заключении экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела в Дзержинском суде, эти материалы отсутствовали)».

Более того, в это же время становится известно и местонахождение «неуловимого» Бачу – тюрьма «Матросская тишина», куда его поместили правоохранительные органы Москвы при попытке обналичить фальшивые ценные бумаги на сумму в несколько сот миллионов рублей.

Пишите, Шура, пишите!

«Бинго!»? Нет. Чтобы следствие Дзержинска «заметило» новые обстоятельства, требуется вмешательство прокуратуры области. Только после него следователи наконец приобщили к материалам проверки результат проведенной нижегородцами экспертизы. Однако… назначили еще одну экспертизу. Но «назначить» – еще не значит «провести». С ноября 2013 года по февраль 2014 года экспертиза не проводится, а в феврале выясняется, что… Подлинник договора из материалов дела исчез.

После этого следственный отдел Дзержинска (хочется добавить – облегченно вздохнув) выносит очередное постановление, в котором честно и прямолинейно объясняет – господа, договор похищен, ранее сделанному экспертному заключению следствие не доверяет, проверка на этом основании закончена. Финита ля комедиа, как говорится.

На действия, а точнее — бездействие следователей из славного города химиков Валерий Дурандин подал жалобу на имя руководителя СУ СК России по Нижегородской области В. В. Стравинскаса. Причем – не одну, как в устной, так и в письменной форме. Ответа от «главного следователя области» не поступает, хотя последняя жалоба датирована серединой марта. Видимо, неторопливость – это фирменная марка СК. Впрочем, вполне объяснимая – без ответа Стравинскаса Дурандин не может подать жалобу в вышестоящие инстанции, а значит… Пишите, Шура, пишите.