Нижний Новгород
Звезды

Худрук МХАТа Эдуард Бояков: Михаил Ефремов чувствовал свою безнаказанность. И мы все эту безнаказанность развивали

Художественный руководитель московского театра дал интервью Радио "Комсомольская правда"

Фото: Иван МАКЕЕВ

Художественный руководитель МХАТ имени Горького Эдуард Бояков стал гостем программы "НеФантастика" на Радио "Комсомольская правда". Вот главные цитаты из беседы.

Про скандалы вокруг МХАТа

- Эти сражения во внешнем контуре кого-то интересуют. В театре уже давно рабочая атмосфера. Те, кто не соглашался с моей художественной политикой, отстранены от репетиций. У нас огромные планы.

«Некоторые театры закроются, и хорошо»

- Сильнейший удар из-за самоизоляции получили независимые, коммерческие театры. Про некоторые театры могу сказать – ну и бог с ними, ну и хорошо, что они не выживут.

Фото: Иван МАКЕЕВ

Про Россию

Я думаю, Россия относительно готова к потрясениям. У нас есть ощущение стабильности, уверенности. У народа совсем другое самочувствие, нежели было в 90-х годах, когда была турбулентность. И сейчас мы можем сохраниться как островок стабильности. Если нам это удастся, мы выйдем из этого периода, который, я думаю, продлится несколько лет, обновленными и окрепшими. А если говорить о театре. Я думаю, что театр будет странным, необычным, с одной стороны. С другой стороны, нам к этому не привыкать.

Возрастет ли спрос на комедии?

Некоторые эксперты говорят: теперь нужна будет только развлекаловка, никакой серьезной драматургии, люди устали во время пандемии. Давайте больше комедий. Но мне не нравятся эти советы. Театр – это разговор о самом главном. Разговор душ о душах. Души актеров говорят с душами зрителей. И не важно, какая будет рассадка в зале. Как скажут надзорно-контролирующие органы, так и будем рассаживать. В этом отношении я чиновник, я не могу выбирать. Я буду подчиняться тому, что скажет Министерство культуры. Я отвечаю за репертуар. Обещаю нашим зрителям активную, интересную жизнь. Мы выпускаем спектакль по Исааку Дунаевскому – «Красный Моцарт». Потрясающая музыка с невероятным оркестром на сцене. Живой оркестр Военно-космических сил. Андрей Сергеевич Кончаловский начинает работу над спектаклем «На дне» по Горькому. Еще мы работаем над спектаклем по пьесе Святослава Рыбас о Столыпине – «У премьер-министра мало друзей». Столыпин сейчас очень актуален. Без прошлого мы не поймем ни будущего, ни настоящего. Поэтому и Столыпин. Поэтому «Слово о полку Игореве» в переводе Дмитрия Сергеевича Лихачева. Игорь Ларин, прекрасный питерский режиссер, выпустит.

Про Ефремова

Михаил шел к этому. Человек, который чувствовал свою безнаказанность. И мы все эту безнаказанность развивали. Мы ее формировали. Отношение к этим так называемым «звездам» в медийном поле – это наша ответственность, не только звезды виноваты. Мы этих миллионеров-богеров своими лайками, своими перепостами и создаем. Мы множим эту ситуацию. Мы развиваем эту плесень, эту ризому, это горизонтально развивающуюся медийную нить, в которой люди, которые не обладают духовным авторитетом, интеллектуальными данными, а просто обладают какими-то качествами – вот здесь постебаться, вот здесь подмигнуть, вот здесь стишки прочитать, уколоть кого-нибудь. И мы этих людей возносим на вершину, на постамент. Мы их позиционируем как главных личностей, которые создают нашу интеллектуальную повестку. Давайте этому противостоять. Давайте перестанем этих звезд называть звездами. Давайте их поставим на место.

Фото: Иван МАКЕЕВ

Про Прилепина и Донбасс

- Я сочувствую Захару. Захар мой друг, брат, соратник. Он мой заместитель во МХАТе. Но партия – это его дело. Так же, как и писательство – его дело. Я его считаю выдающимся важнейшим современным русским писателем. Его роман «Обитель» - крупнейший роман нашей эпохи… На Донбасс я ездил по своей совести. Я делал поэтический спектакль по книге Захара, посвященной современной поэзии. И это был потрясающий момент в моей жизни. Я никогда этого не забуду. Я много раз был на Донбассе. И, конечно, буду там обязательно. Это русская земля, это территория русского языка, русской культуры, священная для меня земля. И я не могу бросить этих людей и эти театры, которые были потрясающие. Люди за несколько месяцев до начала войны делали постановку по Вагнеру. Но снаряды сожгли декорации спектакля. Какая символика! Директор оперного и балетного театра умер от сердечного приступа, такие были нагрузки.

Про Серебренникова

- Я считаю решение суда мудрым. Было требование крови. Это мудрое решение, избежать крайностей.