Нижний Новгород
Общество

Детский психолог Людмила Петрановская: «Вместо уроков я бы сейчас детям показывала кино и водила на виртуальные экскурсии»

Обозреватель kp.ru Александр Милкус беседует с основателем Института развития семейного устройства
Ребенок может быть занят делом, не только если делает уроки.

Ребенок может быть занят делом, не только если делает уроки.

Фото: Михаил ФРОЛОВ

Знаменитый психолог Людмила Петрановская приняла участие в программе «Родительский вопрос» на Радио «Комсомольская правда».

- Людмила Владимировна, в новых условиях родители, по сути, стали директорами школ для своих детей. Как эта новая роль меняет взаимоотношение пап-мам и ребят?

- К сожалению, у нас уже давно есть тенденция скидывать на родителей обязанности по организации учебного процесса. Есть множество так называемых престижных и успешных школ, где учителя на собраниях еще до первого класса говорят родителям: учиться идете вы, уроки будете делать с ребенком вы и, если вам это не подходит, наша школа не для вас. Потом усилия родителей на разных аттестациях и проверках выдаются за результаты школы.

Так что в этом смысле идея не новая. Но, когда процесс обучения перешел в дистанционный формат, сложностей оказалось на порядок больше.

Вообще-то перевод обучения в дистанционный формат – это огромная работа, концептуально очень емкая. Это сложно. Мы с коллегами пытались какие-то свои курсы переводить в дистанционный формат для регионов. Для того, чтобы какой-то курс прилично выглядел и был полезным, удобным, команда из очень квалифицированных людей должна работать несколько месяцев. Не получается просто по Zoomу рассказать какую-то тему.

Нынешняя ситуация обнажила бедность существующего контента. И показала, как много держится на присутствии рядом учителя и ученика, на аналоговом общении. Насколько учеба становится голой, лысой и бедной, если не сказать убогой, когда такого общения нет.

- А, может, неплохо, что родители наконец поучатся вместе с детьми? И контакт установят, и школьную программу подтянут. У меня, например, нет уверенности, что родители сами хорошо учились в школе.

- Я думаю, что это не наше с вами дело – думать о том, подтянут они школьную программу или нет, и что с их образованием. Смысл в том, что зарплату за это получают не они. В интернете есть уже всякие шутки: «Раз я теперь учитель, прошу сдать мне деньги на занавески…».

Дело в том, что в лучшем случае родитель может тьютором. В худшем - этаким гувернером с линейкой, которой лупят, если плохо работаешь. И та и другая роль - не очень родительская. И они на самом деле плохо отражаются на отношениях. И плохо сказываются на процессе обучения.

Опытные репетиторы знают, что они ни в коем случае не должны объяснять ничего своему ребенку. Они могут быть бесконечно терпеливы и изобретательны в том, чтобы объяснять что-то чужому ребенку, который не понимает, не может учиться, не хочет. Но, когда речь идет про своего, то возникает раздражение, гнев и хочется вообще его треснуть, чтобы он понял. Как ты можешь не понимать?! Ты же мой ребенок, ты мое продолжение!

Психолог Людмила Петрановская. Фото: petranovskaya.ru

Психолог Людмила Петрановская. Фото: petranovskaya.ru

«Бочком, бочком это все пройти»

- Но все-таки сейчас ребенка надо контролировать, когда он выполняет задания на удаленке. Например, чтобы он не подглядывал, или чтобы он выполнял задания, которые дает учитель.

- Надеюсь, что мы имеем дело с временной ситуацией, а не с тем, что так теперь будет всегда. Но даже в этой временной ситуации не думаю, что школа, или общество, вообще кто бы то ни было – вправе родителя к чему-то обязывать. Ему, дай бог, справиться бы со всем остальным. Со своей дистанционной работой, со своими финансовыми проблемами, со своим бытом, с маленькими детьми, которые не ходят в детский сад.

Мы вообще не имеем права рот открывать на тему того, что он еще что-то должен. Он должен кормить ребенка горячей едой хотя бы раз в день и все, больше он ничего не должен. У нас даже нет никакой помощи тем людям, у которых нет гаджетов. Дистанционное обучение исходит из того, что у каждого есть планшет и ноутбук. Но это не так. Мы видим, что в Италии немедленно выдали семьям пособие на то, чтобы они оборудовали ребенку учебное место. У нас ни о чем подобном даже не заикаются.

Вообще, в экстремальной ситуации, мне кажется, надо быть максимально терпимыми друг к другу и не качать права, не требовать чего-то. Как-то так бочком, бочком это все пройти.

- Является ли дистанционное образование обучением? На днях было опубликовано исследование Федерального института развития образования – 43% учителей считают, что они не могут оценивать работу учеников в дистанционном формате.

- Да, это правильная мысль. Хорошо бы еще, чтобы и учителей перестали оценивать и бить их по голове за то, что они не могут в новых условиях, к которым никто не готовился, каким-то невероятным образом обеспечить процесс обучения.

Да, то, что сейчас происходит, это не процесс обучения. Чем скорее мы это поймем, тем лучше всем нам будет.

Есть уже ряд стран, которые раньше закончили учебный год. И некоторые наши регионы к этой мысли приходят. Не нужно врать друг другу, что это есть продолжение образования. В экстремальной ситуации надо детей чем-то развлечь и занять на время, чтобы родители тоже могли работать… Поэтому самое разумное, мне кажется, смотреть с ними какие-то интересные фильмы на канале «Дискавери», на других развивающих каналах. А потом обсуждать. Предложить детям: напиши три интересных мысли, которые ты вынес из этого фильма. Это было бы на порядок полезнее всех тех заданий, которые они сейчас делают.

- То есть тратить учебное время на кино и виртуальные походы по музеям?

- Надо помнить, что цена вопроса – два месяца. Это четвертая четверть, в которой все равно ничему новому особо не учат. А то, чему научат, дети все равно забудут за лето. Зачем столько нервов трепать друг другу, я не представляю.

Выбрай: жертва ты или нет

- Не думаю, что все ограничится двумя месяцами. Уже есть информация, что, скорее всего летние детские лагеря в этом году работать не будут. По крайней мере в июне и в июле. Так что родителям придется и дальше довольно тесно общаться с детьми. Многие впервые очень плотно 24 часа в сутки общаются со своими детишками. И это накладывает на отношения серьезный отпечаток… Чего делать-то?

- Прежде всего, в любой ситуации, в которой ты вынужденно оказываешься, у тебя есть выбор – чувствовать себя жертвой или чувствовать себя человеком, который сохраняет свои цели, желания. Мне кажется, это главный вопрос, на который приходится в этой ситуации отвечать.

Самое грустное, что может произойти и с родителями, и с педагогами, это провалиться в жертву: ой, какой кошмар, мы не умеем, мы не хотим, ужас, ужас, ужас… Таким образом ребенок, который и так в стрессе от всего происходящего, получает рядом с собой взрослого, который тоже в стрессе. А поведение ребенка в стрессе всегда хуже, чем без него. Он всегда ведет себя хуже, учится хуже, соображает хуже, развивается хуже… Особенно когда он еще и видит, что взрослый рядом с ним потерял присутствие духа.

- Психологию малых групп никто не отменял. Конфликты в замкнутом пространстве в семье неизбежны.

- Это как мы настроимся. Если вы воспринимаете эту ситуацию как то, что мы оказались в одной лодке, мы одна команда, которая вместе проходит экстремальную ситуацию – это одно. А если вы считаете себя жертвой, а ваших детей – помехой, которая не дает вам покоя, занимает вашу кухню, мешает вам работать… - тогда да, нервотрепка неизбежна.

Установка, сам взгляд на происходящее зависит от нас.

Дайте детям поскучать

- Но у меня на самом деле уже нервы не выдерживают. Я сам взаперти. Нужно постараться сохранить работу. А еще и дети… Никакая установка не поможет.

- Нужно использовать все способы, которые могут помочь адаптироваться к этой ситуации.

Кстати, дети со временем адаптируются к ситуации и, скорее всего, лучше взрослых. Сейчас, я считаю, очень хороший момент для многих наших детей, когда они, наконец, могут получить свободное время, чтобы поскучать и в этом состоянии скуки придумать себе какие-то занятия. Потому что наши дети обычно очень заняты, перегружены уроками, развивающими занятиями, какими-то активностями – что у них просто времени нет… Если в это время они получат возможность послоняться, поныть – заняться тем, чем занимались дети в прежние времена, мне кажется, это будет замечательным результатом.

- Поскучать?!

- А не надо считать, что ребенок занят делом, только если он делает уроки. У меня куча вопросов – что делать, если ребенок вместо того, чтобы заниматься, играет с утра до вечера в Лего? Да замечательно! Более развивающего занятия еще пойди поищи.

Если он играет в компьютерную стратегию, он развивается в этот момент. Если он болтает с друзьями, он развивается в этот момент. Если он записывает какие-то дурацкие танцы, он развивается в этот момент.

Мы хотим проектную работу в школе? Вот он делает проектную работу. Он заставил дедушку разучить танец, поставил камеры, сделал фон – вот он сделал проект. Нужно на происходящее пошире смотреть.

- Но ведь зачастую бывает так, что он сидит в гаджетах вместо того, чтобы Лего собирать…

- А почему, когда он сидит с книгой, это норм, а когда он сидит с гаджетом, - не норм?

- Потому что он играет.

- Откуда вы знаете, что он делает?

- Я вижу.

- Большинство родителей не может отвечать на вопрос, что он делает в гаджете. Он может там играть. В некоторые игры играть – это очень полезно. Он может там общаться с одноклассниками. Он может смотреть какие-то полезные вещи.

Гаджет – это просто средство, это инструмент. Мне кажется, что, если мы будем менее зашорено смотреть на то, что детей развивает – нам же самим будет легче.

Есть огромное количество детей, которых в какой-то момент затошнило от гаджетов и мультиков, и они вдруг начали делать что-то другое. Может быть, как раз это то самое, после чего наши дети потеряют интерес к гаджетам, когда все это закончится.

Оценки – не главное

- Школам нужно заканчивать учебный год. Вируальные походы – дело хорошее. Но нужно все-таки как-то оценивать успеваемость…

- Мне кажется, сейчас оценки за третью, четвертую четверть настолько не важный вопрос по сравнению с контекстом всего остального. Сейчас главная задача – это оптимизировать все по такому критерию, как сохранение всеобщего физического и психического здоровья. Потому что риски, например, подростковых депрессий сейчас очень вероятны. Они намного существенней, чем риски что-то не пройти по школьной программе.

Я бы сейчас, скорее, думала о том, чтобы минимизировать издержки всей этой ситуации для всех – и для детей, и для взрослых. Цена этого карантина может быть очень высокой в долгосрочной перспективе. Нужно думать сейчас о том, как поддерживать друг друга.

- В чем эта цена высока?

- Мы можем получить, например, рост семейного насилия (а мы его уже получаем), рост подростковых депрессий, и не только подростковых. Я бы сейчас все решения оптимизировала, прежде всего, по критерию сохранения психологического здоровья, сохранения контакта. Чтобы люди могли общаться в семье. Не надо ничего добавлять сейчас в семью, что будет провоцировать конфликты.

- А как быть учителям?

- И учителям тоже не надо добавлять стресса. Учитель может детей развлечь, поддержать, сконнектить между собой, научить их какой-то игре в мессенджерах, как-то их разрядить, снять стресс. Учитель может поддержать родителя. А родитель - поддержать учителя – шуткой, словами сочувствия. Это самое лучшее, что мы сейчас можем сделать.

В ТЕМУ

Школы ушли на дистанционку и возвращаться не собираются

«Комсомолка» стала соорганизатором масштабного исследования отношения педагогов к переходу на дистанционное обучение (подробности)