Нижний Новгород
Общество

Крутить романы со старшеклассницами учитель начал больше десяти лет назад

Скандал в элитной столичной школе
Евгений СТРИГУНОВ
Здание столичной элитной школы, где разгорелся скандал.

Здание столичной элитной школы, где разгорелся скандал.

В пятницу, 26 августа, зажег Питер: Дмитрий Гущин, получивший в 2007 году звание «Учитель года России», рассказал, что в его родной (проработал 17 лет) Петергофской гимназии имени императора Александра II директор приказала учителям подделать оценки в школьных журналах. Он, мол, отказался и его за это уволили.

Спешная проверка Комитета образования показала: все правда. Срочно уволили директора — Галину Никитину.

Коллеги (теперь, получается, уже бывшие) на Гущина обиделись: скандалист, склочник, вынес сор из избы. И не известно всплыла бы эта история, если бы Никитина не уволила Гущина. В общем, слив информации посчитали не борьбой за справедливость, а местью учителя директору.

В комментариях на сайте «КП»: а что никто не знает, что в школах оценки «нужным» детям подделывают? Это что, такой уж великий секрет?

...Гимназия имени Александра II была на хорошем счету

Через три дня взорвалась Москва. Знаменитая элитная школа на первых местах в рейтинге по качеству образования в столице (топ был как раз недавно опубликован Департаментом образования). Журналист Екатерина Кронгауз написала в соцсети об учителе истории из этой школы, который «крутил романы» с ученицами. Причем, это не была обычная влюбленность ученицы в состоявшегося, взрослого, умного мужчину и учителя, разглядевшего в старшекласснице свою будущую половинку. Старшеклассницы заканчивали школу, их место занимали новые влюбленности.

Пикантности истории про историка добавляло то, что в школе работала и жена учителя…

История про историка

Ну а дальше пошло-поехало. Очень быстро выяснилось, что учитель работал с начала 90-х. Что истории с «романами» как минимум лет десять, а то и пятнадцать. Что громыхнула история после того, как одна из таких «возлюбленных» историка уже став взрослой решилась рассказать о ней и о психологических проблемах, с которыми ей и сейчас приходится справляться.

Выпускница школы Надя Плугиан в соцсети рассказывает, что и в то время старшеклассники попытались попросить помощи у взрослых. Теми способами, которые им доступны. Они писали — осторожно, намеками. Их не услышали. И вот теперь всплывают словно пузыри на болоте откровения ребята, заканчивавших в те годы: «Я пошел к учителю, которому доверял. Три дня мы с ним разговаривали. Он убеждал, что девочки все выдумывали — им просто хотелось, чтобы на них обращал внимания взрослый учитель. Так я ничего не добился. А потом у самого этого учителя случился роман со старшеклассницей».

Ропот школьников уняли. Тот самый историк и учитель права даже написали (а большинство учителей подписали) «Меморандум», не позволявший «распускать слухи». В школе, гордившейся тем, что выпускает умных, критически мыслящих, воспитанных в демократических традициях ребят, были определены «правила корпоративной этики учащихся старших классов школы, в частности, в Интернет-пространстве».

Цитирую:

3. ПУБЛИЧНЫЕ (так с большой буквы в оригинале — А.М.) заявления и поступки учащихся, в том числе сделанные и совершённые во внеучебное время, рассматриваются как часть общественной, а не приватной жизни.

4. К публичным заявлениям учителя школы относят, в частности, сделанные на открытых (не «только для друзей», доступные для любых пользователей) сайтах и форумах Интернета вне зависимости от темы. Вышесказанное относится и к заявлениям, сделанным под псевдонимом и в соавторстве.

5. В подобных публичных заявлениях учащихся учителя школы считают недопустимым следующее: оскорбления, диффамацию (распространение не соответствующих действительности порочащих сведений — А.М.) и клевету в адрес любого конкретного лица или группы лиц; заявления расистского характера (обобщающе оскорбляющие любые нации, расы, этносы, религии и культуры); заявления, провоцирующие насилие и призывающие к нему; заявления, пропагандирующие употребление наркотических средств.

7. Нарушение вышеизложенных правил полагается несовместимым с обучением в школе. Учителя школы не видят возможности пребывания в школе человека, не выполняющего вышеизложенных правил.

«Тогда я попробовала написать статью о неприемлемости меморандума как меры воздействия на детей, после чего мне передали, что меня «больше не хотят видеть в школе» - пишет Надя Плугиан. - «Я начала получать от бывших одноклассников насмешки и угрозы физической расправы».

Несколько выпускников пытались пробиться в прессу. Но материалы не публиковали: «...пару лет назад известная журналистка призналась, что заблокировала материал… по личной просьбе директора школы, но «очень сочувствует» моей позиции и «знает, что это правда»?

Историк стал завучем...

Я хорошо помню, как в середине 2000-х в Сети стали появляться «сливы» про эту школу. Но тогда писали не про романы историка, а, если я не ошибаюсь, про некоего математика, интересующегося мальчиками. Ситуация была явно неоднозначной. Школа была знаменита, про нее показывали фильмы, выпускники ее работали большими начальниками. А у успешных всегда есть завистники.

Помню, позвонил я директору школы - знает ли он о сложившейся ситуации? Любая такая информация — уже повод для школьной администрации как минимум насторожиться. В ответ услышал резкое: «Комсомольская правда» - желтая газета, выискивающая грязь по углам и он никогда не будет с ее журналистами общаться!»

Я не знал тогда о «Меморандуме»…

… И вот прошло десять лет. И все равно шила в мешке утаить не удалось. Учительница русского языка Надежда Шапиро в эфире «Дождя» говорит вот что: «Это вообще-то очень простая психологически ситуация... Я спросила, почему ко мне никто не пришел? ...Моя любимая ученица, невероятной мощи человек, несмотря на свои 25 лет, жесткой рукой привела эту ситуацию к такому результату, когда этого учителя в школе нет. И она говорила, вот как вы себе это представляете? Им же стыдно перед вами все это рассказывать...»

Фамилия учителя исчезла с сайта школы еще летом, до поста Кронгауз. Сам он сейчас - за границей.

А вот историк Михаил Фрухт в эфире радио «Комсомольская правда» рассказал, что вся история оказалась для него неожиданной, хотя он как раз в середине 2000-х учился в этой школе.

- Сейчас мы, учителя, встречаемся с выпускниками разных лет, беседуем. Мы должны выяснить что было на самом деле.

Такого сложного 1 сентября в этой школе еще не было. Одни учителя осуждают тех, кто выложил в Сеть откровения. Другие считают, что давно надо было не молчать, а избавиться от педагогов, позорящих профессию. Знаменитый учитель русского языка и литературы Сергей Волков написал так: «школа, в которой я еще продолжаю работать и которая многим небезразлична, переживает очень сложный момент. Поверьте, что внутри идет напряженная работа по осмыслению ситуации и путям выхода из нее. Прежнее прошло, а каким будет будущее - зависит от много и сложного. Школа не молчит, она сосредотачивается. И готовит текст. От того, каким он будет и кто его подпишет, зависит и общее школьное, и мое частное будущее в этой школе. Мои первые уроки поставлены на понедельник, состоятся ли они - зависит и от этого. Сегодня я шел подать заявление об уходе. Пока беру паузу».

От себя добавлю: «КП» готова предоставить свои страницы — и в бумажной версии, и на сайте — для публикации текста учителей.

КСТАТИ Сегодня возмутитель спокойствия Екатерина Кронгауз 1 сентября разместила новую запись пост в соцсети:

"Если один пост с неназванным именем и номером школы приводит к потоку анонимных признаний и такому скандалу — это о том, что школа сидела на бомбе так давно, что плотину прорвало. И никто не мешал выйти администрации и сказать: «О ужас, мы не знали. Дети, если вы о чем-то знаете или что-то с вами происходит — вот вам анонимная форма. И по каждому письму мы будем проводить внутреннее расследование».

Я написала об этом сейчас, потому что были собраны доказательства. После поста пришли и свидетельства того, что это не единичная история.

Ни перед кем сейчас не стоит выбор — хорошая школа, из которой нельзя выносить сор, которого там есть или плохая школа. Ни перед кем не стоит выбор — закрыть школу или молчать. Выбор стоит перед администрацией и этот выбор встал после поста без называния школы.

И такой выбор стоит перед большим количеством администраций школ, по этой грани ходят и переходят учителя. Но громкий прецедент — один.

Те, кто отождествляют поставленную проблему с нелюбовью или желанием развалить школу — не верят, что школа может существовать без этого. Что эта школа может жить без разруливания этических проблем внутри. Которые не решились уходом одного учителя, по многим причинам не решились.

Травля, которая пошла (имеется в виду травля Кронгауз. - Авт.) — эффект толпы, такой же эффект, как ответное «сор из избы».

Ну а меня в этой школе учила с 1 класса учительница не бояться тюрьмы, правды и толпы. Даже когда страшно и неприятно".

А сотрудники Главного следственного управления СК проведут проверку по фактам, которые были обнародованы в социальных сетях.

А В ЭТО ВРЕМЯ

Директор школы, из которой уволили учителя года, пообещал не замалчивать факты

Собрать факты и получить все ответы, чтобы не осталось никаких белых пятен, замолчанных историй – такой видит свою задачу директор Петергофской гимназии, где разразился громкий скандал с увольнением педагога, получившего звание «Учитель года» в 2007 году. Об этом говорится в официальном обращении руководителя администрации школы Сергея Менделевича, которое было распространено сегодня, 1 сентября. (подробности)