Нижний Новгород
Общество
Эксклюзив kp.rukp.ru

Перевал Дятлова: Мог ли самый загадочный участник трагического похода быть диверсантом

Спецкоры kp.ru изучили архивные военные документы фронтовика Семена Золотарева
Семен Золотарев. Опытный турист, инструктор Коуровской турбазы. Фронтовик. Его личность вызывает немало споров. Многое в его биографии кажется странным

Семен Золотарев. Опытный турист, инструктор Коуровской турбазы. Фронтовик. Его личность вызывает немало споров. Многое в его биографии кажется странным

Зимой 1959 года в горах Северного Урала пропали девять туристов-лыжников, ушедших в поход под руководством Игоря Дятлова. Через месяц спасатели обнаружили их разрезанную палатку. А в радиусе полутора километров от нее - пять замерзших тел. Трупы остальных нашли только в мае. Почти все туристы были разутые и полураздетые. У некоторых - смертельные травмы. До сих пор не разгадано, почему ребята убежали на лютый мороз и на свою погибель.

Среди погибших – 37-летний Семен Золотарев. Опытный турист, инструктор Коуровской турбазы. Фронтовик. По некоторым данным, отправился на Отортен с группой Дятлова, чтобы получить третий разряд по спортивному туризму. По иным свидетельствам, это путешествие должно было стать для него значительным событием. «Об этом походе заговорит весь мир», - сказал он перед отправкой в горы своим ученикам. Слова оказались пророческими.

Спустя 60 с лишним лет правды о таинственной гибели туристов не знает никто. Да и сама личность Семена вызывает немало споров. Многое в его биографии кажется странным.

Просил называть себя Александром, а не Семеном. Во всех анкетных данных писал, что родился то 1, то 2 февраля 1921 года. А по метрическим записям станицы Удобной, родины нашего героя, его день рождения – 1 марта. Путался в количестве братьев и сестер. В одной анкете утверждал, что у него только две сестры, в другой - сестра и брат. Хотя на самом деле в семье фельдшера Алексея Золотарева было 5 детей – Николай, Анна, Катерина, Мария и самый младший Семен. А во время приема в партию в 1949 дерзко солгал про боевые награды, ответив, что имеет орден «Красной Звезды» и медаль «За отвагу». А ведь в его послужном списке, помимо ордена, были медали «За оборону Сталинграда», «За взятие Кенигсберга» и «За победу над Германией». Но «За отвагу» в списке нет.

Бытует мнение, что и с военной биографией Семена всё туманно. И мы решили проверить ту биографию по архивным документам Министерства обороны. И вот.

Зимой 1959 года в горах Северного Урала пропали девять туристов-лыжников, ушедших в поход под руководством Игоря Дятлова

Зимой 1959 года в горах Северного Урала пропали девять туристов-лыжников, ушедших в поход под руководством Игоря Дятлова

АНКЕТНЫЕ ДАННЫЕ

Начало боевого пути Золотарева Семена Алексеевича описано в автобиографии его личного дела 1944 года как кандидата в ВКП(б), которое нам удалось найти в архиве Минобороны. По словам хранителя фонда, с 1944 года мы единственные, кому понадобились эти документы.

Аккуратным каллиграфическим почерком Семен писал: «В 1941 году 18 октября Удобненским военкоматом был мобилизован в Красную Армию. Когда прибыл в часть, меня направили учиться в школу младших командиров. В школе проучился два месяца. Там мне присвоили звание «младший сержант» и направили в часть командиром отделения. С этой частью я участвовал по укреплению обороны Ростова с февраля по март 1942 года...».

Автобиография

Автобиография

Март 1942 г. Запомним эту дату. Она наведет нас на некоторые догадки.

Далее Золотарев пишет: «В мае 1942 участвовал в бою под Харьковом. (В этом бою, по воспоминаниям младшего сержанта Аветикяна, погиб почти весь батальон. В живых осталось 20 человек от 450. Золотарев, как известно, всю войну прошел без ранений, - Авт.). С июля по декабрь 1942-го участвовал в обороне Сталинграда. 2 июля 1943 прибыл в 104-й батальон».

В регистрационном партийном бланке по Семену Золотареву следующая информация:

- С октября 1941 по август 1942 служил командиром отделения на Юго-Западном и Донском фронтах в 1570 отдельном саперном батальоне (далее 1570 ОСБ).

- С августа 1942 по декабрь 1942 - в 20 мотоинженерном батальоне (далее 20 МИБ).

- С декабря 1942 по июль 1943 – 11 легкопереправочный парк (далее 11 ЛПП).

- С июля 1943 по апрель 1945 – 104 отдельный понтонно-мостовой батальон (далее 104 ОМПМБ).

- С апреля 1945 по май 1945 – 13 инженерный понтонный полк.

- С мая 1945 по апрель 1946 – курсант Московского военно-инженерного училища.

- С апреля 1946 по август 1946 – курсант Ленинградского военно-инженерного училища имени Жданова.

.

.

Далее мы приведем выписки из документов по воинским частям, в которых воевал Золотарев, согласно его показаниям.

1570 ОСБ

Приказ о формировании этого батальона был дан 3 ноября 1941 года командиром 24 саперной бригады полковником Баженовым:

«Саперным батальонам бригады в соответствии с приказом войскам СКВО № 00421 от 21.10.1941 присвоить номера № 1562 – 1580».

.

.

5 ноября назначаются временно исполняющие обязанности командиров батальонов. 1570 ОСБ возглавляет политрук Статейкин В.А., а военным комиссаром становится политрук Курт Я.М. 2 декабря приказом командира бригады Статейкина меняет капитан Зайцев М.В.

На 30 ноября 1941 года в штате 24 саперной бригады, согласно сводной строевой записке, - 9122 человека. В каждом батальоне – примерно 450 бойцов.

Списочного состава батальонов на тот период не сохранилось. Есть только штатно-должностной список штаба бригады. Потому нельзя достоверно ни утверждать, ни отрицать, что Семен служил в 1570 ОСБ.

Учебный батальон тогда, действительно, существовал. Это подтверждается приказом от 1 декабря 1941 года:

«30.11.41 выстрелом из винтовки вследствие небрежного обращения с оружием дневальным учебного батальона курсантом Жураковским был убит курсант Семисенко и тяжело ранен курсант Николаев. Назначенные в наряд курсанты Олейников и Жураковский вместо четкого исполнения своих обязанностей на посту позволили себе по их собственному выражению «играться» с винтовкой, проделывая различного рода приемы и передвигая предохранительный взвод. Дело передать следственным властям для привлечения виновных к судебной ответственности».

22 января 1942 года в 24 саперной бригаде происходит еще одно ЧП, которое вызывает оторопь даже сейчас. Около часа ночи в казарме 1562-го батальона вспыхнул пожар. Погибли 134 человека. Выдержка из приказа командира бригады: «Этот возмутительный случай явился следствием преступной халатности со стороны командования батальона, которое абсолютно не занималось вопросами противопожарной безопасности. О чем свидетельствует паника и растерянность, которые имели место во время возникновения пожара. Предварительным следствием установлено, что командование батальона, зная, что здание очень опасно в пожарном отношении, не провело никаких противопожарных мероприятий. В помещении не было бочек с водой, ведер, ящиков с песком. Суточный наряд по этим вопросам не инструктировался».

Командование батальона отправили под трибунал.

.

.

.

.

.

.

20 МИБ

Из журнала боевых действий: «1 января 1942 года 1570 батальон перебрасывается в составе 64 бригады на участок 56 армии под Ростов в район Салы, где приступает к устройству батарейных районов и противотанкового рва. 25 марта батальон, как имеющий лучшие показатели в работе, выделяется в отдельный саперный батальон 28 резервной армии и дислоцируется в г. Старобельск (80 км севернее Луганска, - Авт.)».

.

.

Приказ от 26 марта 1942 года:

«1570 саперный батальон в полном составе сего числа убыл в распоряжение полковника Савича в г. Старобельск для выполнения специального задания. Основание: директива штаба 8 саперной армии № 01003 от 20 марта».

.

.

14 апреля 1942 года батальон исключают из состава 24 саперной бригады.

Из политдонесений соседнего 12-го инженерного батальона известно, что полковник Савич - заместитель командира инженерных войск 4 танковой армии. А о спецзадании батальона написано в журнале боевых действий батальона:

«10 апреля строит мост через реку Бурлук (под Харьковом, - Авт) для наших танков. С 12 по 25 апреля проводит подготовку личного состава. 26-28 апреля строит мост через реку Северный Донец в районе села Хотня. С 5 мая по 10 июня батальон обслуживает 6 мостов на реке Северный Донец в районе Писаревка. Кроме этого, батальон проводил своими силами инженерные сооружения, устройство проволочных заграждений и минирование полей».

Но 10 июня немцы прорывают нашу оборону. Командование батальона решает – преградить путь противнику и удержать переправы до подхода стрелковых подразделений. Больше суток саперы сдерживали натиск врага, потеряв 30 человек убитыми. И в этот момент и далее батальон отходил последним, прикрывая отступление советских войск.

.

.

Для полноты картины боевой обстановки приведем цитату из приказа от августа 1942 года: «За последнее время … не было проявлено заботы об обеспечении бойцов обувью и одеждой, в результате чего десятки людей в батальоне ходят босые и в рваной одежде, в то время как все это можно было получить в армейских складах. Зачастую бойцам вместо хлеба выдается мука и сухой паек, конский состав не обеспечен фуражем, что привело к истощению последних». В таких непростых, мягко говоря, условиях наши бойцы совершали настоящие подвиги.

В партийном бланке Семена, напомним - с августа 1942 по декабрь 1942 он служит в 20 мотоинженерном батальоне. На самом же деле 20-й МИБ был образован 1 сентября 1942 г. Может, расхождение в один месяц – ерунда, учитывая особенности военного времени, но есть нестыковка посерьезнее.

.

.

.

.

.

.

11 ЛПП

Золотарев пишет, что в 20 батальоне он служил до декабря 1942 года. Однако в журнале боевых действий есть приказ о расформировании этого батальона еще от 1 октября 1942 года:

«Приказом 0052 от 1.10.1942 12 отдельный инженерный батальон, 1414 отдельный саперный батальон, 20 мото-инженерный батальон расформированы. Из расформированных батальонов сформировать 323 отдельный армейский инженерный батальон». Командиром нового батальона назначен майор Спинул, командующий до этого 20 МИБ, военным комиссаром – батальонный комиссар Голубев, бывший также военкомом 20 МИБ.

Даже если Семен забыл дату расформирования своего батальона, она должна быть указана в его армейской книжке. Но самое любопытное, что майор Спинул 8 октября издает на 15 страницах приказ о штатно-должностном списке нового батальона. И командира отделения Золотарева Семена Алексеевича в нем нет.

Интересно, что в своем личном деле кандидата в ВКП(б) Семен вообще пропускает 20 батальон, указав, что уже с сентября 1942 он служит командиром отделения в 11 легко-переправочном парке.

.

.

11 ЛПП – белое пятно в архиве Минобороны. На него нет никаких документов, на 10-й и 12-й парки есть, а на 11-й нет. Упоминается он в делах других подразделений, но все они относятся к ноябрю, а не сентябрю, 42 года.

10 ноября 1942 года 11 переправочный парк входит в группировку инженерных войск Донского фронта.

А 20 ноября находится в подчинении 24 армии.

.

.

Но в архиве не удалось найти ни одного документа, связанного с 11 ЛПП, ни в описи дел инж.войск Донского фронта, ни 24 армии, в которую позже был передан 11 ЛПП - «призрак».

104 ОМПМБ

В этот понтонный батальон сапер Семен Золотарев попадает из 11 легко-переправочного парка 3 июля 1943 года. И это совпадает с данными из партийного бланка.

Причем, 104 батальон формируется из лучших бойцов других подразделений. Вот, например, приказ командиру 50 понтонно-мостового батальона:

«Начальник Инженерных войск ЦФ приказал. В соответствии с боевым распоряжением от 29 июня 1943 № 001493 откомандировать для прохождения дальнейшей службы в распоряжение командира 104 ОМПМБ из числа лучшего состава младшего начсостава и рядового состава».

.

.

Из 11 ЛПП в 104 батальон попадают 6 лучших младших командиров и 33 лучших красноармейца. Среди них (наконец-то!) – младший сержант Золотарев Семен Алексеевич.

Так с начала войны его имя впервые упоминается в военных документах только 3 июля 1943 года. В эти же дни на освобожденной от фашистов Кубани трибунал судит его старшего брата – Николая, обвиняемого в сотрудничестве с немецкими оккупантами. А 8 июля 1943 Николая приговаривают к расстрелу.

Такое вот странное совпадение.

1 августа командир батальона майор Амельченков просит утвердить список военнослужащих, прибывших из других частей, для выдачи медалей «За оборону Сталинграда». Майор пишет начальнику инженерных войск Центрального фронта:

«Представляя при этом именной список на прибывшее в батальон из других частей пополнение рядового, сержантского и офицерского состава доношу, что поименованные в списке военнослужащие заявили, что они являются участниками обороны города Сталинграда, но справок на руках и других документов, подтверждающих их участие в обороне указанного города, они не имеют».

.

.

Среди прочих бойцов в списке по алфавиту значится и понтонер Золотарев Семен Алексеевич, который с того момента почему-то становится зенитчиком и служит в зенитно-пулеметном взводе.

.

.

Начальник подполковник Дуданов список не утверждает, требуя от майора Амельченкова оформить как полагается – с подписями, печатями. Майор дублирует документ, но Золотарев на сей раз оказывается в самом конце списка. Словно писарь ошибся и случайно пропустил фамилию бойца, а потом спохватился и вписал.

Такая же ситуация в приказе от 31 декабря 1944 года о присвоении Золотареву звания старшего сержанта. Снова наш герой в конце списка, да еще и другим шрифтом. Что бы это значило?

.

.

В документах 104 батальона Семен Золотарев мелькает часто. Его ставят на дежурства, отправляют в командировки, назначают внештатным пропагандистом, докладчиком. Очевидно, что Семен ведет себя активно, и потому странно, что до июля 43 года о нем вообще нет упоминаний.

КАНДИДАТ В ВКП(б)

В сентябре 1944 года комсомолец Золотарев становится кандидатом в партию. Тоненькое дело из семи листов обернуто в газету «Слово бойца». В нем заявление Семена: «Хочу разгромить фашистскую банду, будучи только коммунистом».

.

.

Характеристики сослуживцев: «Знаю Золотарева с июля 43 года по совместной службе в 104 батальоне. Дисциплинированный командир, морально устойчив, требователен к себе и подчиненным». И автобиография, в которой Семен пишет, что родился он 1 февраля 1921 года. У него есть брат и две сестры. При этом брат мобилизован в Красную Армию, и в семье никто никогда осужден не был. Конечно, в 1944 году Золотарев мог ничего не знать о судьбе брата. Но как он умудрился забыть о третьей сестре, непонятно.

.

.

9 марта 1945 года Семен снова становится понтонером. Его переводят в 1 понтонную роту 104 батальона на должность командира отделения.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

13 ИНЖЕНЕРНЫЙ ПОНТОННЫЙ ПОЛК

В апреле 1945-го 104 батальон переводят в полк. Это тоже совпадает с данными партийной анкеты Семена. В этом же месяце он совершает подвиг.

«Старший сержант Золотарев под артиллерийским и минометным огнем противника перевозил с расчетом 9 человек в ночь с 21 на 22 апреля 1945 года понтоны с верхним строением на один 50-тонный паром. Прибыв на место сборки парома, т. Золотарев быстро и умело стал собирать паром. Противник начал обстреливать это место из орудий, минометов и пулеметов. Был ранен один боец, но ст. Сержант Золотарев не прекратил работу, а сам занял место вышедшего из строя бойца и своим примером бесстрашия воодушевлял бойцов на скорое выполнение задания. Этим же снарядом было перебито два прогона и настил. В метрах 300 в болоте лежало верхнее строение от разбитого парома, тогда Золотарев по пояс в воде дошел до него. Красноармеец Корнеев без приказания пошел за ст. Сержантом Золотаревым и вместе пригнали прогоны к собираемому парому. Задание было выполнено в срок и паром был введен в линию моста. За умелое командование отделением, за проявленные смелость и мужество достоин правительственной награды».

.

.

Приказом от 15 мая 1945 года старшего сержанта Золотарева награждают Орденом «Красной Звезды».

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

УЧИЛИЩЕ

Семен пишет, что с мая 1945-го он является курсантом Московского военного инженерного училища. Вот только по данным самого училища, он прибывает туда 6 июля 1945 года. Опять неясно, почему Семен «ошибся» в датах.

Из штата 13 инженерного понтонного полка его отправляют на учебу в Москву только 29 июня.

.

.

А еще в одной из своих анкет Семен пишет, что окончил войну в Берлине. Но известно, что 19 апреля 1945 года 13 полк находился в городе Хорст, что 290 км северо-западнее немецкой столицы. А 18 мая 1945 полк уже пребывал в городе Грайфенхаген, ныне Грыфино на северо-западе Польши. Про Берлин ничего не сказано. 29 июня в день приказа об отправке на учебу Семена полк дислоцируется в Порт Торне.

В апреле 1946 года курсанта Золотарева переводят в Ленинградское военно-инженерное училище, откуда он демобилизовался в августе этого же года, получив на руки проходное свидетельство на Кубань до станицы Удобной. По законам того послевоенного времени он должен был отметиться в военкомате и получить паспорт, чтобы спокойно жить на гражданке. Однако Семен неожиданно едет в Минск и поступает на первый курс института физкультуры. Впрочем, это уже совсем другая история.

ОТ АВТОРОВ

Первое, что бросается в глаза при анализе архивных документов, - это размах специальностей Семена Золотарева. В чине командира отделения он служит сапером, понтонером, зенитчиком, снова понтонером. Странный расклад, учитывая, что все годы он был командиром отделения и мог бы «держать» специализацию.

Второе – военная автобиография Семена не совпадает с архивными данными ряда подразделений. И это не исключает того, что Семен там мог и не находиться. Отлучиться на какое-то время.

Третье – это списки, в которые Семена вписывают не по алфавиту. Как будто создают ему некую легенду. Но зачем?

Есть такая версия. В первые годы войны батальон 1570 входил в состав 8 саперной армии, откуда набирал бойцов известный разведчик-диверсант Илья Старинов. Он же организатор партизанского движения. Для справки, Илья Старинов - заместитель начальника штаба инженерных войск РККА. В конце 1941-го - начальник оперативно-инженерной группы на Южном фронте. Весной 1942-го -командир 5-й отдельной инженерной бригады специального назначения. Чуть позже - руководитель Высшей оперативной школы особого назначения Центрального штаба партизанского движения, где готовили разведчиков-диверсантов.

И тут, внимание, в делах 8 саперной армии находим приказ: «20 марта 1942 года начальник штаба приказал:

23 и 25 Саперным бригадам выделить по три автомашины и по одному бойцу на каждую машину в распоряжение полковника тов. Старинова. Подать выделенные автомашины в Ростов-на-Дону угол Буденновского и ул. Максима Горького к 9 часам 21 марта 42 года. Автомашины должны быть оборудованы под перевозку мин».

Напомним, Семен указывает, что укреплял оборону Ростова с февраля по март. А что если в марте 1942-го Семен Золотарев попадает к полковнику Старинову и проходит диверсионную школу? Геройствует в тылу врага до середины 1943 года? Потом почему-то возвращается в понтонеры. Но знакомство со Стариновым привязывает Золотарева к спецслужбам.

Это объясняет отчасти, почему он никогда не рассказывал о войне, как и где научился мастерски метать ножи. Ведь для понтонера и зенитчика – это не самый необходимый навык. Его не держат на «карандаше» из-за предательства брата, позволяют вступить в партию. На все его выходки смотрят сквозь пальцы, а когда дело доходит до дачи взятки в городе Лермонтове, то мягко упрекают, что он может еще и за брата ответить, если не исправится.

Мы, как всегда, ждем читательских размышлений на форуме по данной теме.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Старший научный сотрудник НИИ военной истории Владимир Фесенко:

«Я интересовался когда-то перевалом Дятлова. И Семен Золотарев вызывал у меня удивление своим участием в этой экспедиции. Ну не стыковался он ни по интересам, ни по возрасту, ни по опыту с этим молодыми туристами. Но сколько я сталкивался с документами из архивов и личными историям о Великой Отечественной войне, то встречались и не такие нестыковки в биографиях бойцов. Причина тому – низкий уровень делопроизводства. Плюс наша безалаберность.

Поэтому я не стал бы уделять большое внимание несовпадениям по срокам. В первые годы войны часто бывало, что батальоны расформировывались, а документы об этом приходили из штаба задним числом.

Разная специализация Золотарева для меня не выглядит из ряда вон. Он был всего лишь командиром отделения, куда направляли, там и служил. Вот если бы он был офицером, тогда был бы повод для обсуждения.

Но вот те вещи, которые он пишет в анкетах и автобиографиях, вызывают вопросы. С одной стороны, он мог допускать отклонения от своей реальной жизни, чтобы приукрасить себя или сделать документ удобным для определенных целей. Вступление в партию, например. С другой, как можно не помнить, сколько родных братьев и сестер в семье? Скрывать тоже бессмысленно.

Что касается брата, да, он мог не знать о его судьбе. Но в 1944 году такие вещи отслеживались четко и поступали в распоряжение СМЕРШа батальона или особого отдела. А тут его спокойно принимают в кандидаты ВКП(б). Тоже странно.

Но больше всего в этой истории меня смущает момент с дописыванием его фамилии. Видно по документу, что копирка одна и шрифт один. А его фамилия явно выделяется. И ладно бы один случай, но нет.

Для обсуждения исторической подоплеки тех лет материал очень интересный. Но подводить всю базу под возможное участие Семена в диверсионных операциях Ильи Старинова я бы не стал. Эта версия, конечно, имеет право на существование, но с большой натяжкой».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Судили за взятку и предательство брата»: Найдены неизвестные документы о самом загадочном участнике группы Дятлова

Наталья и Николай Варсеговы добыли протокол партсобрания, на котором Семена Золотарева чуть было не исключили из рядов КПСС (подробности)

Уголовное дело по гибели группы Дятлова закрыли преждевременно

Так считают юристы, которые тщательно изучили документы следствия во время прокурорской проверки (подробности)