Нижний Новгород
В мире

"Не стоит называть встречу секретной": Меркель посетила Навального сразу после того, как он вышел из комы

Блогер выразил признательность канцлеру
Сам Навальный подтвердил, что встреча с Ангелой Меркель в больничной палате действительно произошла.

Сам Навальный подтвердил, что встреча с Ангелой Меркель в больничной палате действительно произошла.

Фото: REUTERS

Лечение Алексея Навального в берлинской клинике «Шарите» больше напоминает политический триллер. Журналисты немецкого издания Spiegel разразились сенсационным сообщением: канцлер ФРГ Ангела Меркель тайно посетила оппозиционера, сразу после того, как тот пришел в себя после выхода из комы. Спецоперация была тщательно спланирована и проходила под покровом сверхсекретности.

Своим появлением в клинике, как утверждают журналисты, Меркель хотела продемонстрировать солидарность немецкого правительства с Навальным. А также послать сигнал Москве: Берлин не отступит и продолжит искать истинные причины «отравления» российского оппозиционера.

Сам Навальный подтвердил, что встреча с Ангелой Меркель в больничной палате действительно произошла.

«Встреча была, но не стоит называть ее «секретной». Скорее, частная встреча и разговор с семьей. Я очень признателен канцлеру Меркель за то, что она навестила меня в больнице», - написал в своем Твиттере оппозиционер.

После публикации этой новости, кабинет министров Германии подтвердил встречу Меркель и Навального. При этом представитель правительства Штеффан Зайберг отказался называть ее тайной, добавив, что беседа носила доверительный характер.

Появление канцлера в клинике «Шарите» закономерно: она изначально пристально следила за тем, как развивается ситуация вокруг лечения Навального в России. Немецкая пресса отмечает, что Меркель получала ежедневные отчеты о состоянии его здоровья. И лично инициировала транспортировку оппозиционера из больницы Омска в Берлин, предоставив россиянину статус «гость канцлера», который позволил обеспечить ему круглосуточную охрану в клинике.

В российском МИДе обвинили Берлин в чрезмерной политизации этого дела.